Доктор умел все предусмотреть. Никаких эпидемий не было в детдоме. Дмитрий Яковлевич прекрасно знал каждого воспитанника и сразу замечал малейшее недомогание.
Детям скучно. Дождь все идет — мелкий, похожий на осенний. Холодный ветер гонит тяжелые, низкие облака… Несколько воспитанников имеют в Ленинграде родных. За ребятами пришли. Тамара Сергеевна разрешила дня на два увезти их на побывку.
В раздевалке мать и сестра ждут Машу. Она больше двух лет не была дома. Первый раз идет к родным. В блокаду, во время воздушного налета Маша была в булочной. После взрыва бомбы часть стены обрушилась. Девочку придавило. Ее скоро откопали и отправили в больницу. Только теперь, после ряда сложных операций, ее поставили на ноги. Маше еще трудно держаться на костылях, но ходить она будет.
В детдом ее привезли из больницы недавно. Слабая, измученная тяжелой болезнью, она первое время чувствовала себя здесь одинокой. Галя поняла состояние девочки и старалась развлечь ее. Она научила ее вышивать гладью, показала узоры. Девочке понравилась эта работа. Галя не позволяла ей вставать, сердилась, если Маша бралась за костыли.
— Неужели не можешь потерпеть? Дмитрий Яковлевич пока запрещает тебе двигаться.
Маша покорно делала все, что требовала от нее подруга.
В последнее время доктор разрешил ей ходить, но она сделает несколько шагов и уже устает. Сейчас девочке очень хочется побывать дома. И Галю оставить жалко. Они с каждым днем все больше привязывались друг к другу.
— Если б можно было взять ее с собой! Мама наверно позволила бы, но Галя даже до ворот добраться не может…
Подруга заметила опечаленное лицо Маши и, обнимая ее, зашептала:
— Как я счастлива, Машенька! Ты скоро вернешься и столько нового мне расскажешь. За меня не беспокойся: мне надо докончить вышивку, и скучать я не стану.