— А что ты ела? — спросили мы.
— Я сходила в деревню Залесье и попросила у крестьян, — ответила она.
В отряде сначала не поверили, что одна девочка могла взорвать поезд. Чтобы проверить, правда ли это, командир выслал разведку. Разведка вернулась и доложила, что на перегоне между станциями Татарка и Осиповичи как раз в том месте, какое указывала Римма, действительно спущен под откос немецкий воинский эшелон. А раз никто другой из отряда на «железку» не ходил, всем стало ясно, что это дело Римминых рук.
Но Римма не успокоилась на этом и сразу же принялась за создание первой в отряде подрывной группы из девушек. В нее вошли мы и Надя Суровей. Римма была руководителем. Она учила, как подползать, подкладывать мины и вставлять капсюль. Когда мы изучили подрывное дело, она попросила командира отряда, чтобы он разрешил ей со своей группой пойти на «железку». Командир согласился. Она вскочила в землянку радостная, возбужденная. Лицо ее сияло, ярко блестели большие глаза.
— Девочки, пойдем! — крикнула она.
Мы поднялись с нар и начали собираться.
Взяли мины, тол, капсюли, еду, оружие и на рассвете отправились в дорогу. Лесом шли пятнадцать километров. Темнело, когда вышли на опушку, откуда была видна железнодорожная линия. Остановились, осмотрелись. Поблизости никого не было. Залегли и начали ожидать. Но в первую ночь нам не повезло — поезда не шли. Под утро полил дождь. Мы промокли, начали мерзнуть.
Километрах в трех от нас, на лугу, стоял стожок сена. Мы забрались в него. Немного согрелись и заснули. Проснулись в полдень. Поели. И опять отправились на линию. В лесочке дожидались темноты.
Пока лежали, Римма распределила, что кому делать. Поля и Надя остались на месте, а Нина и Римма с миной поползли к полотну. Вдруг послышались чьи-то шаги. Девочки прижались к земле и притаились: это шли два немецких часовых. Пропустив их, Римма с подругой поползли дальше. Послышался грохот поезда. Девочки заложили мину. Шум поезда нарастал. Римма и Нина быстро поползли назад, а потом вскочили и побежали. Когда поезд приблизился, они упали на землю. Раздался оглушительный взрыв под паровозом, и вверх взлетел высокий столб огня… Послышался треск, лязг, крики. Из сторожевых будок по нам открыли огонь из пулеметов. Немцы стреляли наугад. Мы лежали, пока не прекратилась стрельба. Потом поднялись и пошли в лагерь. Это была Риммина вторая, а наша первая боевая операция на «железке».
От имени командования бригады нам была объявлена благодарность.