— Какой вы веры?
— Я крещена по греко-восточному обряду.
— Кто вас крестил, и кто были восприемники?
— Не знаю.
— Где провели вы детство?
— В Киле, у одной госпожи Пере или Перон.
— Кто при вас находился тогда?
— При мне была нянька, ее звали Катериной. Она немка, родом из Голштинии.
Дальнейшие показания пленницы состояли в следующем:
— В Киле меня постоянно утешали скорым приездом родителей. В начале 1762 года, когда мне было девять лет от роду (то есть немедленно по кончине императрицы Елизаветы Петровны, которая умерла в самый день рождества Христова 1761 года), приехали в Киль трое незнакомцев. Они взяли меня у госпожи Перон и, вместе с нянькой Катериной, сухим путем повезли в Петербург. В Петербурге сказали мне, что родители мои в Москве и что меня повезут туда. Меня повезли, но не в Москву, а куда-то далеко, на персидскую границу, и там поместили у одной образованной старушки, которая, помню я, говаривала, что она сослана туда по повелению императора Петра III. Эта старушка жила в домике, стоявшем одиноко вблизи кочевья какого-то полудикого племени. Здесь у приютившей меня старушки прожила я год и три месяца и почти во все это время была больна.