- Знаю я их, Марко Данилыч, читывал тоже когда-то,- ответил Доронин.Хорошо их знаю. Так ты и то не забудь, тогда было время, а теперь другое.
- Что ж, по-твоему? Иосиф-от патриарх без ума, что ли, подписом своим те правила утверждал? - вспыхнув досадой на противоречие приятеля, возвысил голос Марко Данилыч.- Не греши, Зиновей Алексеич, то памятуй, что праздное слово на страшном судище взыщется. Ведь это, прямо сказать, богохульство. Так али нет?
- Какое же тут богохульство? - с живостью возразил Зиновий Алексеич.- Год на год, век на век не подходят. Всякому времени довлеет злоба его. Тогда надо было кабалу, теперь другое дело. Тогда кабала была делом благословенным, теперь не то.
- Времена мимо идут, слово же господне не мимо идет,- тяжело вздохнув и нахмурясь, молвил Марко Данилыч.
- Так господнее слово, а не человеческое,- слегка улыбнувшись, заметил Зиновий Алексеич.
- А святые-то отцы на что? Каково, по-твоему, ихнее-то слово?- сумрачно спросил у него Марко Данилыч.
- Непреложно,- ответил Доронин.
- А Иосифа патриарха выкинешь разве из святых-то? - задорно спросил Смолокуров.
- Свят ли он, не свят ли, господь его ведает, знаем только, что во святых он не прославлен,- молвил Зиновий Алексеич.- Да и то сказать, кажись бы не дело ему по торговле да кабалам судить. Дело его духовное!
- Богохульник ты, одно слово, что богохульник!..- воскликнул Марко Данилыч.- Как можно на святейшего патриарха такие хулы возносить...