- И так можно,- сказал Марко Данилыч, кладя перо на прилавок.- Я, брат, человек сговорчивый, на все согласен, не то, что ты,- измучил меня торговавшись. Копейки одной не хотел уступить!.. Эх, ты!.. Совесть-то где у тебя?.. Забыл, видно, что мы с тобою земляки и соседи,- прибавил он...
- Нельзя, Марко Данилыч, богу поверьте,- возразил Герасим Силыч...
- Ну ладно, ладно, бог уж с тобой, сердца на тебя не держу,- сказал Смолокуров.- Неси-ка ты, неси остальные-то. Домой пора - щи простынут...
- Сию минуту,- молвил Чубалов и пошел наверх в палатку. Подошел Марко Данилыч к тем совопросникам, что с жаром, увлеченьем вели спор от писания. Из них молодой поповцем оказался, а пожилой был по спасову согласию и держался толка дрождников, что пекут хлебы на квасной гуще, почитая хмелевые дрожди за греховную скверну.
- Да почему же не след хлеб на дрождях вкушать? - настойчиво спрашивал у дрождника поповец.
- Потому и не след, что дрожди от диавола,- отвечал дрождник.- На хмелю ведь они?
- На хмелю.
- А хмель-от кем сотворен?
- Творцом всяческих господом,- отвечал молодой совопросник.
- Ан нет,- возразил дрождник.- Не господом сотворен, а бесом вырощен, на пагубу душам христианским и на вечную им муку. Такожде и табак, такожде и губина, сиречь картофель, и чай, и кофей - все это не божье, а сатанино творение либо аггелов его. И дрожди хмелевые от него же, от врага божия, потому, ядый хлеб на дрождях, плоти антихристовой приобщается, с ним же и пребудет во веки... Так-то, молодец!