После завтрака Татьяна Андревна, догадавшись по говору материнского сердца, что меж женихом и невестой проскочило что-то неладное, приказала Наташе что-то по хозяйству и сама вышла, сказав мужу, что надо ей с ним о чем-то неотложном посоветоваться, остался Меркулов с Лизой один на один. Уйти нельзя, молчать тоже нельзя. "Дай расспрошу",- подумал он и повел речь издалека.
- Кажется, вы не очень мне рады,- с трудом промолвил он, подойдя ко вставшей с места невесте. Она зарыдала и страстно припала к плечу жениха... Получаса не прошло, а они уж весело смеялись, искали, кто виноват, и никак не могли отыскать... Забыты все тревожные думы, нет больше места подозреньям, исчезли мрачные мысли. В восторге блаженства не могут наглядеться друг на друга, наговориться друг с другом. И не заметил Меркулов, как пролетело время. Половина третьего, пора на биржу ехать с Васильем Петровичем. Нечего делать пришлось расстаться.
Наскоро покончив с Морковниковым, Никита Федорыч поспешил к невесте. Встреча была иная. Таким поцелуем, о каком он во время разлуки мечтал, встретила теперь его Лиза... В самозабвенном наслажденье душевным блаженством оба они утопали...
Долго за полночь просидели... пока Татьяна Андревна, зевая и крестя рот, не сказала:
- Не время ль невесте держать опочив, не пора ль жениху со двора съезжать?
* * *
Наверстал же Никита Федорыч Веденееву за прошлую ночь. Сидит у невесты, а приятель жди-пожди.
- Наконец-то! - воскликнул Дмитрий Петрович, встречая приятеля.- Куда это до сей поры запропастился? Третий уж час.
- Известно, где был,- позевывая, ответил ему Меркулов.- А ты что не приезжал? Спрашивали про тебя.
- Кто спрашивал? - с живостью спросил Веденеев.