- По разным местам разъезжал,- сказал Петр Степаныч.- В Москве проживал, в Петербурге, у Макарья побывал на ярманке. К тому же недосуги у меня разные случились, дела накопились... А вы, однако, не сказали ли кому, что свадьбу Прасковьи Патаповны мы с Сеней состряпали?
- Полноте!.. Как это возможно!- вступился Феклист.- Ни вашего приказанья, ни ваших милостей мы не забыли и в жизнь свою не забудем... А другое дело и опасаться-то теперь Чапурина нечего - славит везде, что сам эту свадебку состряпал... Потеха, да и только!..
- С чего ж это он? - спросил Самоквасов.
- Потому что гордан (Гордан, гордиян - то же, что гордец.). Уж больно высоко себя держит, никого себе в версту не ставит. Оттого и не хочется ему, чтобы сказали: родную, дескать, дочь прозевал. Оттого на себя и принял...- с насмешливой улыбкой сказал Феклист Митрич.- А с зятем-то у них, слышь, в самом деле наперед было слажено и насчет приданого и насчет иного прочего. Мы уж и сами немало дивились, каких ради причин вздумалось вам уходом их венчать.
- Так было надо,- отвечал Самоквасов.- А вы все-таки никому не сказывайте, что это дело мы с Семеном обработали... Хоть до зимы помолчите...
- Слушаем, сударь, слушаем. Лишнего слова от нас и после зимы не проскочит,- молвил Феклист.- Да не пора ли гостю и за стол?.. Федоровна! Готово ли все у тебя?
- Милости просим, гость дорогой, мало жданный да много желанный! Пожалуйте нашей хлеба-соли откушать,- низко кланяясь, сказала Феклистова хозяйка.
Сели за стол. Никитину строго-настрого приказано было состряпать такой обед, какой только у исправника в его именины он готовит. И Никитин в грязь лицом себя не ударил. Воздал Петр Степаныч честь стряпне его. Куриный взварец (Суп из курицы), подовые пироги, солонина под хреном и сметаной, печеная репа со сливочным маслом, жареные рябчики и какой-то вкусный сладкий пирог с голодухи очень понравились Самоквасову. И много тем довольны остались Феклист с хозяюшкой и сам Никитин, получивший от гостя рублевку.
- Ежели бы теперича рыба была у нас свежая, стерлядки бы, к примеру сказать, да ежели бы у нас по всему городу в погребах лед не растаял, мог бы я, сударь, и стерлядь в разваре самым отличным манером сготовить, мог бы свертеть и мороженое. Такой бы обедец состряпал вам, каким разве только господина губернатора чествуют, когда его превосходительство на ревизию к нам в город изволит заезжать... А при теперешних наших запасах поневоле, ваше степенство, репу да солонину подашь. В эвтом разе уж не взыщите...- Так говорил осчастливленный рублевкой Никитин.
- Ладно, ладно. Спасибо и за то, что сготовил,- сказал Феклист Митрич.Спасибо, ступай себе с богом!..