- Ну что, как пошли дела? - немножко погодя спросил Марко Данилыч. Караванище-то какой вы пригнали на Гребновскую!.. Сколько ни торгую, такого у Макарья не видывал. Теперь вы у нас из рыбников самые первые...
- Да ведь тут не я один, - сказал Меркулов. - Дело общее: тут и мой капитал, и женин, и Дмитрия Петровича, и его жены, и батюшки Зиновья Алексеича доля есть.
- Значит, и он в рыбники записался, - с добродушной усмешкой молвил Марко Данилыч. - А бывало, как вздумаешь уговаривать его рыбой заняться, так "ни за что на свете" - говорит.
- Он и теперь в эти дела не входит, - сказал Меркулов. - Капиталом только участвует.
- Так, - протянул Марко Данилыч. - Продали сколько ни на есть рыбки-то?
- Где ж еще? - отозвался Меркулов. - Рано. Кажется, ни с одного каравана не было еще продаж.
- Опричь мелочей, точно что не бывало, - подтвердил Смолокуров. - Как же вы насчет цен располагаете? Заодно со всеми будете устанавливать аль особняком поведете дело?
- У нас все наперед рассчитано, - сказал Меркулов. - Сегодня отдадим печатать объявление о ценах и об наших условиях, наклеим на столбах, разошлем по рыбным покупателям, в газете напечатаем.
Повернулся на стуле Марко Данилич. "Всю торговлю вверх дном перевернут, проклятые. Эки штуки откалывают!" - подумал он.
- Не сходней ли будет вам, Никита Федорыч, келейно с кем-нибудь сделаться? - умильным голоском заговорил Марко Данилыч. - А то эти объявления да газеты!.. Перво дело - расходы, а другое, что вас же могут на смех поднять.