Холодный пот выступил на широком, совсем побагровевшем лице Марка Данилыча. Так и растерзал бы он в ту минуту на клочки Орошина.
-Кстати, - сказал Веденеев. - Приходили к нам на караван кой-кто из рыбников с вашими приказами насчет рыбы. Им не отпустили.
Отчего ж так?.. - весь вспыхнувши, вскликнул Марко Данилыч. - Нешто я ста тысяч рублев вам не выдал?.. На что ж это похоже, сударь мой?..
- А в условии-то, Марко Данилыч, что написано? - хладнокровно отвечал Веденеев раскипятившемуся Смолокурову. - Извольте-ка читать: "По уплате же всей суммы сполна, согласно сему условию, я, Смолокуров, вступаю во владение товаром". Значит, как отдадите вторые сто тысяч сполна, тогда и будете хозяином купленною вами товара, а до тех пор хозяева мы.
- Да вам бы почтеннейший Дмитрий Петрович, ей-огу, не грешно было по-дружески со мной обойтись, - мягко и вкрадчиво заговорил Смолокуров. - Хоть попомнили бы, как мы с вами в прошлом году дружелюбно жили здесь, у Макарья. Опять же ввек не забуду я вашей милости, как вы меня от больших убытков избавили, - помните, показали и Рыбном трактире письмо из Петербурга. Завсегда помню ваше благодеяние и во всякое время желаю заслужить...
- В деле я не один, Марко Данилыч. Со мной Никита Федорыч, - сказал Веденеев.
Передернуло Смолокурова. Вспомнил, как хотел он в прошлом году Меркулова на тюлене разорить... Однако не смутился.
- Вот вам расписка в семидесяти пяти тысячах рублей, а двадцать пять тысяч ожидаем завтра в полдень, сказал Дмитрий Петрович, написавши расписку и подавая ее Смолокурову.
- А ежель не исправлюсь? - спросил Марко Данилыч.
- Тогда будет нарушено условие. За вычетом неустойки, тогда вы сто пятьдесят пять тысяч и векселя обратно получите, а мы весь караван продадим Онисиму Самойлычу. Он и вчера вечером и сегодня чем свет присылал разведать, совсем ли мы покончили с вами, - сказал Дмитрий Петрович.