— Сымай, братцы, полы, — говорю плотникам, а сам точно под каким-нибудь предчувствием состою…
Как принялись за топоры, как запустили их под половицы, как пошла у них работа, поверите ли?.. у меня мурашки по спине. И сердце-то болеет и в голове-то ровно туман… Точно как будто сейчас растворится дверь и войдет губернатор. "А сколько дел? А покажи-ка, распорядительный!.."
Вышел на двор освежиться. Слышу, плотники про бумаги толкуют. "Брось,
— говорит старшой, — опосля все спалим".
Я к окну.
Что, мол у вас тут такое?
— Да вот, говорят, больно много бумаги под полом-то насовано… Надо быть, в эту щель совали.
— Давай, говорю, сюда. Что такое?
Высыпали они мне за окошко ворох страшенный… Угодники преподобные!.. Все-то письма, все-то письма!..
Которы распечатаны, у которых и печати целы. Одна печать — письмо не тронуто, пять — вскрыто. На адресах куши не великие: целковый, два, три, к солдатикам больше, в полки.