- А тебе что за дело?- сказал паломника.- Ступай с богом, не мешай. Мне надо еще письмо дописать.
Отец Михаил помолился на иконы, низко поклонился сидевшему паломнику и пошел было из гостиной кельи. Стуколов воротил его с полдороги.
- Картинок много? - спросил он.
- Есть,- шепотом ответил отец Михаил.
- Много ль? - Синих на две тысячи, красных на три с половиной...
-Что лениво стал работать? - слегка усмехнувшись, молвил паломник.
- Боязно, Якимушка,- прошептал игумен, наклонясь к самому уху Стуколова.Наезды пошли частые: намедни исправник двое суток выжил, становой приезжал... Долго ль до беды?..
- Чать, не каждый день наезжают, а запоры у тебя крепкие, собаки злые больно-то трусить, кажись бы, нечего... Давай красных, за каждую сотню по двадцати рублев "романовскими" (Так фальшивые монетчики зовут настоящие ассигнации, по родовой фамилии государя. ).
- По тридцати намедни платили,- молвил игумен. - Была цена, стала другая. Неси скорей, получай семьсот рублей государевых,- сказал Стуколов.
- Обидно будет, Яким Прохорыч, право, обидно. Никогда такой цены не бывало.