- Да полно ж тебе, Максимыч, мучить ее понапрасну,- сказала Аксинья Захаровна.- Ты вот послушай-ка, что я скажу тебе, только не серчай, коли молвится слово не по тебе. Ты всему голова, твоя воля, делай как разумеешь, а по моему глупому разуменью, деньги-то, что на столы изойдут, нищей бы братии раздать, ну хоть ради Настина здоровья да счастья. Доходна до бога молитва нищего, Максимыч. Сам ты лучше меня знаешь.
- Разве заказано тебе оделять нищую братию? Нищие нищими, столы столами,сказал Патап Максимыч.- Слава богу, у нас с тобой достатков на это хватит. Подавай за Настю, пожалуй, чтоб господь послал ей хорошего мужа.
- Заладил себе, как сорока Якова: муж да муж,- молвила на то Аксинья Захаровна.- Только и речей у тебя. Хоть бы пожалел маленько девку-то. Ты бы лучше вот послушал, что матушка Манефа про скитских "сирот" говорит. Про тех, что меж обителей особняком по своим кельям живут. Старухи старые, хворые; пить-есть хотят, а взять неоткуда.
- Да,- вступилась мать Манефа,- в нынешнее время куда как тяжко приходится жить сиротам. Дороговизна!.. С каждым днем все дороже да дороже становится, а подаянья сиротам, почитай, нет никакого. Масленица а дворе - ни гречневой мучки на блины, ни маслица достать им негде. Такая бедность, такая скудость, что един только господь знает, как они держатся.
- Сколько у вас сиротских дворов?- спросил Патап Максимыч.
- Тридцать пять,- отвечала Манефа.
- Вот тебе тридцать пять рублев,- молвил тысячник, вынимая десятирублевую и отдавая ее Манефе.- Деньги счел по старине, на ассигнации. Раздай по рублю на двор,- примолвил сестре.
- Спаси тя Христос,- сказала Манефа, перекрестясь и завязывая бумажку в уголок носового платка.
- Ну, вот и слава богу,- весело проговорила Аксинья Захаровна.- Будут сироты с блинами на масленице. А как же бедные-то обители, Максимыч? продолжала она, обращаясь к мужу.- И тамошним старицам блинков тоже захочется.
- За них, сударыня моя, не бойся, с голоду не помрут,- сказал Патап Максимыч.- Блины-то у них масляней наших будут. Пришипились только эти матери, копни их хорошенько, пошарь в сундуках, сколь золота да серебра сыщешь. Нищатся только, лицемерят. Такое уж у них заведение.