Ах! Заной же, заной, сердце ретивое.

- Ах! - тихо вскрикнула она. Песня оборвалась. Быстро захлопнулось окно... Внутри опустилась шелковая занавеска.

Зевая и лениво всей пятерней почесывая в затылке, из кельи уставщицы Аркадии выползла толстая, рябая, с подслеповатыми гноившимися глазами канонница. Неспешным шагом дошла она до часовенной паперти и перед иконой, поставленной над входною дверью, положила семипоклонный начал... Потом медленно потянулась к полке, взяла с нее деревянный молот и ударила в било... Заутреня!

Из-за вершин дальнего темно-сизого леса сверкнул золотистый серп. Он растет, растет, и вот на безоблачный, ясный небосклон выкатилось светоносное солнце. Заблестели под его лучами длинные ряды обительских келий и убогие сиротские избенки; переливным огнем загорелись стекла домика Марьи Гавриловны. Ниже и ниже стелется туман... Заря потухла, только вверху небосклона розовым светом сияют тонкие полосы полупрозрачных перистых облаков... Звончей, веселей щебечут птицы в кустах и на деревьях скитского кладбища... Игривыми, радостными криками по дальним перелескам громко и вольно заливается разноголосная пернатая тварь...

Клеплет рябая в "малое древо", клеплет в "великое", мерно ударяет в железное клепало (Колокола в скитах запрещены. Вместо колокольного звона там сзывали к богослужению "билами" и "клепалами", употреблявшимися в старину повсеместно. По большей части у каждой часовни бывало по одному билу, больше трех никогда. "Малое древо" делается из сухого ясеневого дерева, аршина в полтора длины, вершка в два ширины и в два пальца толщины; по краям его по два или по три отверстия. Малое древо висит на веревках, иногда скрученных из толстых струн. "Великое древо" отличается от малого только размером, оно в два с половиной аршина или в сажень длины, в пол-аршина ширины и вершка в полтора толщины. В малое било колотят одним деревянным (иногда железным) молотом, в большое - двумя. "Железное клепало" - чугунная доска, такая же, что употребляется ночными караульщиками. По нем бьют железным молотком или большим гвоздем (троетесным). Сначала в било ударяют медленно, потом скорей и громче, с повышением и понижением звуков и разными переливами, что зависит от более или менее сильного удара молотом. "Деревянный звон", как называли его в скитах, гармоничен, особенно издали и если производит его опытная рука... В скитах дорожили искусными "звонарихами", умевшими владеть такими незатейливыми инструментами.). Издали со всех сторон послышались такие ж глухие, но резкие звуки... По всем обителям сзывают на молитву... Смолкли, промчавшись по воздуху, призывные звуки, опять затихло все под утренними лучами солнца... Ярко стелются эти лучи по зеленой луговине и по бурым тропинкам, проторенным от каждой стаи келий к часовне... Веет весной, жизнью, волей...

Ровно черные галицы спешат по тропинкам инокини, собираясь в часовню... Медленна, величава их поступь... Живо, резво обгоняют их по свежей зеленой мураве белицы... Открылись окна в часовне... Послышалось заунывное пение.

* * *

Обутрело... Пошел Алексей к Марье Гавриловне. Не красна на молодце одежа, сам собою молодец красён.

Идет двором обительским, черницы на молодца поглядывают; молоды белицы с удалого не сводят глаз. На пригожество Алексеево дивуются, сами меж собой таковы речи поговаривают: "Откуда, из каких местов такой молодчик повыявился, чей таков, зачем к нам пожаловал?.."

А он степенным шагом идет себе по двору обительскому... На стороны Алексей не озирается, лишь изредка по окнам палючими глазами вскидывает... И от взглядов его не одно сердце девичье в то ясное утро черной тоской и алчными думами мутилося...