- Не сегодня, так завтра с ответом воротится,- сказала Манефа.- И так я думаю, что сама Аксинья Захаровна с дочерьми приедет ко мне. Алексей немножко смутился.
- Аксинья Захаровна с неделю места пробудет здесь, онабы и отвезла письмо,- продолжала Манефа.- А тебе, коли наспех послан, чего попустому здесь проживать? Гостя не гоню, а молодому человеку старушечий совет даю: коли послан по хозяйскому делу, на пути не засиживайся, бывает, что дело, часом опозданное, годом не наверстаешь... Поезжай-ка с богом, а Марье Гавриловне я скажу, что протурила тебя.
- Слушаю, матушка,- подавляя вздох, молвил Алексей.
- Маленько-то повремени,- сказала Манефа.- Без хлеба-соли суща в пути из обители не пускают... Подь в келарню, потрапезуй чем господь послал, а там дорога тебе скатертью - бог в помощь, Никола в путь!
Помолился Алексей на иконы и стал творить прощенные поклоны. Манефа, проговоря прощу, молвила:
- На обратном пути милости просим. Не объезжай, друг, нашей обители.
- Что он к тебе, с письмом, что ль, от девиц, аль с вестями какими? спросила Фленушку Манефа, когда Алексей затворил за собою дверь.
- Настенька на словах приказывала,- небрежно вырониласлово Фленушка.
- Про что? - спросила Манефа.
- Да там насчет шерстей да бисеру,- сказала Фленушка.- Обещалась к празднику прислать, да у самой, говорит, нет еще, до сих пор не привезли из городу.