- Право, не знаю как,- колебалась Манефа.- Да у меня девицы и псальм-то хороших не знают.
- А вот я их "Богородичну плачу" на днях обучил,- подхватил Василий Борисыч, - как пречистая богородица у креста стояла да плакала. Благословите-ка, матушка, пропеть... Нечего было делать, уступила Манефа.
- Бог благословит, пойте во славу божию,- сказала она.
Василий Борисыч с Марьюшкой головщицей, с Устиньей, Липой и Грушей стали впереди столов. К ним подошла Фленушка, и началось пение:
Во святом было во граде,
Во Ерусалиме,
На позорном лобном месте
На горе Голгофе
Обесславлен, обесчещен
Исус, сыне божий.