- По другим местам дозволяли,- ответила Манефа.
- Стало быть, только место купить да плотникам за работу?
- Только,- подтвердила Манефа.
- Что за места-то просят? - спросил Патап Максимыч.
- Да за все-то за пять местов больше тысячи целковых.
- Счетом сказывай. - Да тысячу двести,- сказала Манефа.
- Получай,- вот тебе тысяча двести,- сказал Патап Максимыч, подвигая к сестре деньги.- За Настю только хорошенько молитесь... Это вам от нее, голубушки... Молитесь же!.. Да скорей покупай; места-те, знаю их, хорошие места, земли довольно. А строиться зачнешь - молви. Плотникам я же, ради Настасьи, заплачу... Только старый уговор не забудь: ни единому человеку не смей говорить, что деньги от меня получаешь.
- Помню, родной, помню...- молвила Манефа, пряча деньги в карман.
- Ну, теперь делу шабаш, ступай укладывайся,- сказал Патап Максимыч.- Да смотри у меня за Прасковьей-то в оба, больно-то баловаться ей не давай. Девка тихоня, спать бы ей только, да на то полагаться нельзя - девичий разум, что храмина непокровенна, со всякой стороны ветру место найдется... Девка молодая, кровь-то играет - от греха, значит, на вершок, потому за ней и гляди... В лесах на богомолье пущай побывает, пущай и в Китеж съездит, только чтоб, опричь стариц, никого с ней не было, из молодцов то есть.
- Василий Борисыч со старицами в леса да на Китеж располагал съездить,молвила Манефа.