- Молви, лебедка, матери: пущай, мол, тятька-то на нову токарню денег у меня перехватит. Для тебя, моя разлапушка, рад я радехонек жизнью решиться, не то чтобы деньгами твоему родителю помочь... Деньги что?.. плевое дело; а мне как вам не пособить?.. Поговори матери-то, Паранюшка... И сам бы снес я, сколько надо, Трифону Михайлычу, да знаешь, что меня он не жалует... Молви, а ты молви матери-то, она у вас добрая, а я от всего своего усердия.
- Поговорю, Карпушенька, беспременно поговорю...- отвечала на те речи Паранька.- И спасибо ж тебе, соколик мой!.. А и что это у нас за тятенька! Не родитель детям, а злой лиходей... Ровно я ему не родная дочь, ровно я ему наемная работница!.. Не жалеет он меня ни насколько! И за что это он не взлюбил тебя?
- Не кручинься, моя ягодка, не горюй, яблочко наливчатое,- отвечал Морковкин, обнимая свою разлапушку.- Бог милостив: будет праздник и на нашей улице... А Трифона Михайлыча, нужды нет, что меня не жалует, уважить я завсегда готов... Что ни есть нажитого, все, до последней копейки, рад ему отдать... Так и скажи Фекле Абрамовне.
- Скажу, соколик мой, беспременно скажу,- страстно отвечала Паранька, ласкаясь к писарю.- Только уж не знаю, как тятька-то...
- А что?
- Загубил он мою молодость!..- утирая рукавом слезы, зарыдала Паранька.Не дает воли сердечушку, не велит любиться с желанным моим!..
- Да ведь любимся же, Паранюшка,- утешал ее захребетник.- Не гневи бога, не кори отца.
- Любиться-то мы любимся, голубчик мой,- сказала Паранька,- да все ж под страхом, под боязнью. А мне вольной любви хочется! Передо всеми бы людьми добрыми не зазорно было обнять тебя, не украдкой бы говорить с тобой речи любовные, не краснеть да не зариться со стыда перед подругами...
- Бог милостив, Паранюшка, придет час воли божией,- говорил Карп Алексеич.- А матери ты поговори, про что я наказывал.
- Ох ты, добрый мой!.. Ох ты, радошный! - полными белыми руками обвивая шею писаря и жарко целуя его, говорила Параня.- Тятька зло тебе мыслит, а ты ему добром хочешь платить... Какой же ты славный, Карпушенька!