Не слышится ли нам и ныне это волчье завыванье? Не раздаются ли тяжелые шаги?
«Ведут какого-то приземистого, дюжего, косолапого человека. Весь он был черней земли. Тяжело ступал, поминутно оступаясь. Длинные веки опущены до самой земли. Лицо на нем железное».
Железное лицо Вия — лицо государственной казенщины в церкви.
«— Поднимите мне веки: не вижу».
Поднятие виевых век церковным сонмищем Фотиев есть учение о том, что свободный дух религии — дух революции. На него-то и кидается несметная сила чудовищ, как на бедного философа Хому Брута: «бездыханный, грянулся он о землю, и тут же вылетел из него дух от страха».
Когда наступило утро, «вошедший священник остановился при виде такого посрамления Божией святыни и не посмел служить. Так навеки и осталась церковь с завязнувшими в дверях и окнах чудовищами, — и никто не найдет теперь к ней дороги».
Эти чудовища родились от союза двух нечистых сил — государственной казенщины с церковною, Аракчеева с Фотием.
СВИНЬЯ МАТУШКА
I
Один современный русский писатель сравнивает два памятника — Петра I и Александра III.[7]