Дикие, на диких конях, калмыки и башкиры, с луками и стрелами, напитанными ядами, более чем пули смертные.
Слишком для коней тяжелые, в мокром снегу увязающие пушки медленно тащат волы.
(Все это должно казаться нынешнему зрителю игрушечным, как оловянные солдатики).
В стане Московцев, крепостная засека, на холме над Десною. Земляные насыпи с плетнями, обломами, валами и раскатами. Пушки разных калибров: фальконеты, длинные, тонкие, толстые, короткие мортиры, средние шведки-змеевики и единороги цесарские. Горки чугунных ядер, гранат и картечи.
Маржарет (французский капитан). Не voyes donc, l'action s'engage sur les arriéres de l'ennemi, tout prés de la Diesna. Le moment est propose! (Пушкарям, указывая на одну из мортир). Faites avancer votre fameuse Treskotouh![32] Салтыков (воевода). Трескотуху, ребята, выкатывай!
Туренин (тоже воевода). По чем будем палить?
Салтыков. По реке. Лед взломаем, вскроется река, пойдет, и войско как ножом разрежет, — тыл от головы отхватит.
Туренин. Да ведь и себя разрежем. Что за дурь!
Вальтер Розен (немецкий капитан). Ja, mein gnädiger Herr, Sie haben recht.[33] (На ломаном русском языке). Дура, дура большой! Мы говориль на воен совет, но ваш воевод не слушат, хочет на свой Manier.
Два десятка младших пушкарей, под начальством старого Кузькина, выкатывают на вал мортиру Трескотуху.