О, Господи, когда же, наконец,
Увижу я Твое святое мщенье? [422]
На этот вопрос его как будто отвечал ему мститель Божий, император Генрих: «Сейчас увидишь».
Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко… ибо видели очи мои спасение Твое (Лк. 2, 29–30), —
мог бы сказать Данте, вместе с другом своим, поэтом Чино да Пистойя.[423]
В эти дни Данте испытывал, может быть, чувство, подобное тому, какое испытает, выйдя из Ада, «чтоб вновь увидеть звезды».[424]
Когда из мертвенного воздуха я вышел,
печалившего сердце мне и очи,
то усладил их, разлитой по небу
прозрачному до высшей сферы звезд,