Музыки более небесной, чем эта, никогда еще не было и, вероятно, никогда уже не будет на земле; с этим каждый легко согласится, верующий и неверующий одинаково, — все, кто обладает хотя бы в малейшей мере тем, что можно бы назвать «музыкальным слухом сердца». Люди ко всему привыкают, но к этому, кажется, никогда не привыкнут: сколько бы ни слушали, все вновь и вновь удивляются, как будто слышат в первый раз, и все не могут этим насытиться.
В медленно-глубоких гулах океана бьется великое сердце земли: так и в этих «Блаженны, блаженны», бьется сердце Божие, и отвечает ему сердце человеческое: «Истинно, истинно, так!»
«Лето Господне блаженное» наступило в мире. Где-то, высоко над миром, должно быть в раю, Божья гроза пронеслась, и льется с горы солнечный ливень Блаженств, водопадом громокипящим и опьяняющим.
Музыку Блаженств слышат все, но того, что за нею, — величайшего в мире дела, — спасения мира, — почти никто, кроме святых, уже или еще не слышит.
VII
Блаженны богатые, имеющие, beaati possidentes, — вот дело мира, то, на чем он стоит; «блаженны нищие» (не духом, а просто «нищие», как верно, кажется, понял Лука), — вот «безделье» — то, от чего рушится мир. Слуги Мамоновы — Марксовы (новый Мамон — «Капитал»), — все равно, сегодняшние ли, уже успевшие награбить богачи-буржуи, или еще не успевшие, завтрашние богачи-пролетарии, — могут, в лучшем случае, только плечами пожать и усмехнуться на эту беспомощно-детскую мечту, а в худшем, только что дело дошло бы до их шкуры, истребили бы «блаженных нищих», как злейших врагов сегодняшнего государства или завтрашней революции.
Если же верно понял Матфей: «блаженны нищие духом», то для детей мира сего это еще нелепее. «Духом богатые, мудрые блаженны», — мир и на этом стоит; «блаженны нищие духом», «слабоумные», «безумные», — и от этого рушится мир.
Знает ли это Господь? Знает, конечно; потому и говорит:
Если не обратитесь, не войдете в Царство Небесное. (Мт. 18, 3).
В этом-то именно слове: «обратитесь», «обернетесь», «перевернетесь», «опрокинетесь», — ключ ко всему в Блаженствах.