Тот, припадши к груди Иисуса, спросил: Равви! кто это? Иисус отвечал: тот, кому Я, обмакнув кусок, подам. И, обмакнув, подал Иуде Симонову Искариоту. И после куска того вошел в него сатана. Тогда Иисус сказал ему: чтό делаешь, делай скорее.
…И, приняв кусок, он тотчас вышел. А была ночь. (Ио. 13, 21–30.)
Светлая для всех пасхальная ночь полнолуния, а для Иуды — темная, темнее всех ночей земных.
VIII
В ночь выходит Иуда, в кромешную тьму, а в Сионской горнице, — свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ио. 1,5), —
солнце солнц — Евхаристия.
Пять свидетельств об одном — Павла, Марка, Матфея, Луки, Иоанна (этот последний о самой Евхаристии не упоминает ни словом, но и в его свидетельстве, как мы сейчас увидим, присутствует она безмолвно). Можно сказать, ни одно событие всемирной истории не освещено для нас такими яркими, с таких противоположных сторон падающими и так глубоко проникающими светами, как это. Если же мы все-таки не видим его и не знаем, то, может быть, потому, что не хотим видеть и знать, или потому, что самая природа события слишком иная, от всего исторического бытия отличная, ни на что непохожая в нем и со всем остальным нашим историческим опытом несоизмеримая.
Марково свидетельство, повторенное почти дословно Матфеем, в главном, совпадает с Павлом (но так как и не главное в опыте религиозном может быть в историческом опыте существенно, то все пять свидетельств сохраняют для нас всю свою значительность). Если три первых свидетельства — Марково, Матфеево, Павлово — сводятся к одному, то, значит, все пять — к трем. Но, пристальней вглядевшись в них, мы увидели бы и в этих трех одно и поняли бы, что евангельское свидетельство об Евхаристии триедино — Троично.
Три свидетельствуют на небе… и Сии три суть Едино. И три свидетельствуют на земле… и сии три — об одном. (I Ио. 4, 7–8.)
Главное в первом свидетельстве, — Марка — Матфея — Павла, — начало Ветхозаветное, Отчее: искупительная жертва — «Агнец, закланный от создания мира»: «Тело мое, за вас ломимое» (I Кор. 11, 24; Мк. 14, 24); главное во втором свидетельстве, Иоанна, — начало Новозаветное. Сыновнее: «любовь», главное в третьем свидетельстве, Луки, — начало Третьего Завета, Духа Святого, — царство Божие: