Дио долго искала и не могла найти, какого писанья достоин этот драгоценный свиток; наконец, нашла.
Все ученье царя было устно: он сам никогда ничего не записывал и другим не позволял это делать.
«Пропадет, сотрется все, как след ноги на песке», — часто думала Дио с горестью, и вот решила: «Запишу на свитке ученье царя; воли его не нарушу: свитка никто из живых не увидит; но кончу писать — зарою в землю: может быть, выроют и прочтут люди грядущих веков».
Так и сделала.
Тайно ото всех, по ночам, сидя на полу, перед низким поставцом с наклонной дощечкой для папируса выводила на нем остро отточенным концом тростника тесные столбцы иероглифных письмен, сокращенных в беглую скоропись, и каждый столбец покрывала кедровым лаком, делавшим письмо неизгладимым.
Слово премудрости царя Ахенатона Уаэнра Неферхеперура — Радости-Солнца, Сына-Солнца-Единого, Естества-Солнца-Прекрасного, слышала и записала Дио, дочь Аридоэля, Кефтиянка, жрица Великой Матери.
Царь говорит:
«Атон, лик божий, круг солнца, — образ видимый невидимого Бога. Людям открыть Сокровенного, — в этом всё».
«Дед мой, царевич Тутмоз, охотясь однажды в пустыне Пирамид, устал, лег и уснул у подножья великого Сфинкса, засыпанного песками в те дни. Сфинкс явился ему во сне и сказал: „Я — отец твой, Атон; я дам тебе царство, если отроешь меня из песков“. Так он и сделал; так и я делаю: отрываю Бога живого из мертвых песков — мертвых сердец».
Царь говорит: