Пошли быстро, как будто спеша. Миновав семь дворов-святилищ, вышли на улицу. Все время шли молча; только подойдя к Тутиной усадьбе, Мерира спросил:
— Который час?
— Седьмой, — ответил Иссахар, взглянув на небо. Время ночи считали от захода солнца.
— Часов пять до восхода. Ничего, время есть, — сказал Мерира.
Прошли садом к летнему дому. Войдя в сени, Мерира взял горевшую во впадине стены лампаду и повел спутника рядом пустых покоев. Поднялись по лестнице в спальню и оттуда прошли в соседнюю горницу.
— Ложись здесь, — указал Мерира на ложе, — а я буду там, рядом. Смирно лежи, не вставай, ко мне не входи, слышишь?
Иссахар опять молча кивнул головой.
— Есть хочешь? Вон как отощал, сутки, должно быть, не ел.
— Нет, пить, — ответил Иссахар.
Мерира взял с поставца кувшин с пивом и подал ему. Он жадно отпил.