Тьмою покрыто жилище их, —
Вся же земля во свете твоем;
Меркнет солнце тебя ненавидящих,
И восходит солнце любящих!
Дойдя до Амонова храма, прошли мимо него и завернули направо, к святилищу Хонзу. С легкостью рассеяли малый отряд мадиамских стрелков и вошли в храм. Но здесь узнали, что золотой кумир Хонзу, при первом известьи о бунте, был вынесен и спрятан в ризнице Амонова храма.
— Полно-ка, люди, бога спасать, пора и о себе подумать! — крикнул в толпу Кики Безносый, вскочив на пустое подножье кумира Хонзова. — Здесь нам поживы не будет, всё Атонова сволочь пограбила, а за рекой, в Чарукском дворце, еще много добра. Ну-ка, братцы, за реку!
Спор поднялся, чуть не драка, что делать, бога спасать или грабить.
Юбра слушал, и страх нападал на него: то ли началось, чего он ждал, или совсем другое?
Долго спорили; наконец разделились: большая часть пошла с Кики за реку, а меньшая — к Амонову храму.
Эту часть вел Пентаур. Ждали новой засады, потушили факелы. Люди шли молча, с суровыми лицами: знали, что, может быть, идут на смерть. «Все умрем за Него!» — думал Юбра с тихою радостью.