Николай Зубов. Эх, генерал, чего французить! Лучше мы по-русски… Ну-ка, Павел Петрович, добром говорим — отрекайся, а то, сударь, плохо будет!
Павел (подымая руки вверх, торжественно, внезапно изменившимся голосом). Я… я… я… помазанник Божий… Самодержец Всероссийский!.. Убейте, убейте!.. Не отрекусь!.. С нами Бог!.. С нами Бог!..
Николай Зубов. Видите, совсем рехнулся! Что с ним разговаривать?.. Кончать надо!
Скарятин. Не разбивши яиц, не сделаешь яичницы!
Толпа остальных заговорщиков вбегает с лестницы в прихожую. Шум, крики, смятение.
Голоса (в прихожей). Бегите! Бегите! Спасайтесь!
Бенигсен. Что такое?
Талызин (вбегая из прихожей в спальню). Скорее, скорее! Кончайте! Караул идет!
Павел (бросаясь к двери). Караул! Караул! Помогите!
Бенигсен (со шпагою наголо, заступая дорогу Павлу). Restez tranquil, Sire, il y va de vos jours![50]