Елизавета (тихо Александру). Какая мерзость!
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Библиотека — приемная Павла. Книжные шкафы красного дерева с бронзою. На стенах — виды Гатчины и Павловска. Канапе и кресла, обитые сафьяном. Налево — дверь в парадные апартаменты; направо — через коридор, в кабинет-спальню Павла. В глубине — окно на Нижний Летний сад. У окна маленький столик с бумагами, перьями и чернилами. Полдень. Сперва — луч бледного зимнего солнца; потом — сумерки. Оттепель, мокрый снег хлопьями.
Павел. Мария Федоровна. Александр. Константин. Елизавета. Пален. Роджерсон, лейб-медик. Кутайсов. Аргамаков, плац-адъютант Михайловского замка. Марин, поручик.
Мария Федоровна входит слева, лейб-медик Роджерсон — справа; посередине комнаты встречаются, почти сталкиваются.
Мария Федоровна. Где он? Где он?
Роджерсон. Не угодно ли будет обождать вашему величеству: государь никого принимать не изволят, — меня сейчас прогнали.
Мария Федоровна. Aber um Gottes willen, доктор, что случилось?
Роджерсон. Я и сам не знаю. Кажется, во время обычной прогулки верхом по Летнему саду его величеству дурно сделалось. Обер-шталмейстер Кутайсов бросился на помощь, но все уже прошло, только молвить изволили: «Я почувствовал, что задыхаюсь», — вернулись домой.
Мария Федоровна (всплескивая руками). Господи, Господи, что ж это такое?..