Ни перед кем не лицемерил,
И, безупречен в жизни строгой,
В богов толпы он свято верил.
И вдруг с улыбкою безумной
Ты все разрушила, смеясь;
Грозой блистательной и шумной
Над тихой жизнью пронеслась.
То верит он слепой надежде,
То вновь боязнь его тревожит,
И он не хочет жить как прежде