Презрены им Киконийские жены, но отомстили:
В таинствах Вакха ночных, в исступленьях святых
растерзали
Юное тело и по полю члены его разметали,
Голову жалкую волны глубокого Эбра катили,
А замирающий голос все еще звал Евридику.
«О, Евридика!» – душа его повторяла и в смерти,
И отзывалося эхо в прибрежных скалах: «Евридика!»
<1924>