Он упал: «Тебе я жизнь мою,
Отче, ныне в руки предаю!»
А над ним, по-прежнему блистая
В непонятной красоте своей,
Вся дрожит и блещет ночь немая
Мириадами живых огней...
…………………………………
Рано утром из окрестных келий
Братья-иноки пришли за ним.
Он лежал на скалах недвижим,