Верзила выступил вперед и произнес:
— С вашего позволения, мессере, я самый и есть Маттео…
Нотариус посмотрел на него пристально и сказал:
— Вот эти твои братья уплатили долг: ты свободен, Маттео.
И он открыл ворота тюрьмы, выпустил Верзилу и молвил:
— Ступай с Богом!
Так как было уже темно, то мнимые братья поскорее повели его в свой дом у Санта Феличита, в переулке, как раз там, где подъем в Сан Джоржо. Они вошли с ним в комнату нижнего этажа, вровень с землею, и сказали:
— Посиди-ка здесь до ужина, Маттео.
И притворились, что делают так, не желая пускать сына на глаза больной матери, чтобы не расстраивать ее на ночь.
Один из братьев остался посидеть с Верзилою, а другой тем временем пошел к приходскому священнику Санта-Феличита, их духовному отцу, который был немного простоват, но человек прекрасный. И брат сказал ему так: