Александр Михайлович. А, вот что! Женская тайна, женский заговор!
Полина Марковна. Не говори пустого.
Александр Михайлович. А это не пустое, не пустое — из-за какого-то вздора, из-за философических бредней — губить себя и других.
Варенька идет к матери и садится рядом, как давеча. Молчание.
Александр Михайлович. Ну, ладно. Уйдешь от мужа, а Сашка будет с кем?
Варенька. Как с кем? Со мною. Разве я могу без Сашки?
Александр Михайлович. А если Николай не отдаст? Варенька. Что вы, папенька? Разве можно отнять сына у матери?
Александр Михайлович. А у отца можно? Не он от тебя, а ты от него уходишь. За что же ты его лишаешь сына? Будь справедливой, Варя.
Варенька. Какая справедливость? Какая справедливость? Что вы говорите, папенька? (Плачет).
Полина Марковна. Довольно, Alexandre. Перестань, слышишь, сейчас перестань! (Целуя Вареньку). Полно, детка, не плачь, не бойся, пока я жива, никто у тебя Сашку не отнимет… Ну, ступай, а я сейчас. (Обняв ее, провожает до двери). Христос с тобой!