Ксандра. Она самая. Много у нас было приживалок, а эдакой шельмы не было. Сущий провор — везде суется, везде, мечется… Намедни, как примеряла я штаны; — подглядела в щелку; старая ведьма. Как бы не нажаловалась маменьке.
Душенька. Ох, беда с тобой; Сашка, бесстыдница! И откуда ты штаны раздобыла?
Ксандра. Подарил братец Иленька. Гимназические старые. Коротенькие, да я снизу выпустила. Изрядно вышло — с лампасами, со штрипками. Настоящие гусарские!
Душенька. Какой ты урод! Тебе бы мальчиком родиться!
Ксандра. Да, вот не спросили.
Душенька. А по-моему, и женщиной недурно…
Ксандра. Для таких, как ты, а для меня зарез. Какая несправедливость, Господи! Какая несправедливость!
Душенька. Почему несправедливость?
Ксандра. Потому что рабство, унижение, презрение.
Душенька. Какое презрение? Мужчины нам поклоняются…