Дьяков. Чего тебе?
Лаврентьич. У Сашеньки животик болит.
Дьяков. Ну, что ж. поболит и пройдет.
Лаврентьич. Не послать ли за фершалом?
Дьяков. Пошли.
Лаврентьич. Аль бобковою мазью потереть пупочек?
Дьяков. Потри.
Лаврентьич. Да ведь я, чай, не мамушка.
Дьяков. Там их целых две — будет с него.
Лаврентьич. А какой в них толк? Только цапаются, Апельсина Лимоновна — ведьма, а Амалия Карловна — черт. Одна за ручку, другая за ножку, того и гляди — пополам дитя раздерут.