Он опустил глаза и заговорил опять как будто спокойно, задумчиво:
— Я сказал ему, что на мне кровь.
— Чья?
— Отца.
Помолчал и спросил все так же спокойно:
— Не веришь?
Она вгляделась в лицо его и тоже опустила глаза — поверила.
— Как это было?
— Как было? А очень просто. Была у нас рабыня, эламитянка, девчонка лет тринадцати. И не очень хороша, так только, смазлива; да прехитрая — настоящая зверушка. Обоих нас водила за нос, спала с обоими. Отец узнал и убил ее, а я — его. Должно быть, так…
— Не знаешь наверное?