— Повязка сползла. Дай поправлю.
— Нет, где тут в лесу! Ведь скоро будем дома?
— Скоро, — ответила она нерешительно.
— А дорогу знаешь? Не заблудимся? Вон глушь какая!.. Что это, море шумит?
— Нет, сосны. Когда шумят сосны, похоже на море.
И, помолчав, повторила опять, как будто думая о своем:
— Что ж это значит, «Отец есть любовь»? Кто Отец? Бог?
— Не знаю. Сорок лет твержу, а не знаю. Слово Божие — закрытый сосуд: кто знает, что внутри? А может быть, и не надо знать: узнаешь — умрешь?..
— Пусть, — только бы знать!
И оба замолчали, прислушались к шуму сосен — шуму незримого моря — не того ли, что бьется о все берега земные неземным прибоем — шумит шумом смерти?