И умолк отшельник. Замирал
На устах eго зловещий хохот,
В тишине пустыни отвечал
Лишь потока дальний вечный грохот…
Х
От него Франциск в раздумье шел:
Он жалел монаха всей душою.
Темный свежий бор и ясный дол
Манят к счастью, миру и покою.
Понимал он все, о чем в листве