И вдруг лицо в смущеньи отвернул:
С такой наивной, робкою мольбою
Она глядела: «Милый, что с тобою?»
LXXXI
— «К чему притворство, Bеpa?.. Я вчера
Узнал, что вы не любите, забавой
Была любовь… Наскучила игра…
Ну, что ж, нам разойтись давно пора.
Расстанемся без объяснений; право,
Так будет лучше». Молча, побледнев,