В слезах проснется, смотрит: тьма ночная.
И он один, и мучит мысль иная:
XXIX
«Что, если Вера вовсе не больна,
И даже весела, и все забыла?
Приеду я некстати, и она
Промолвит мне, досадою полна:
„Ведь я писала вам, что разлюбила!..“»
От этих дум сошел бы он с ума,
Когда б, бедняга, наконец письма