Как легко начертить, но как трудно понять эту схему Божественной Геометрии. Не отвлеченно-умственно, а религиозно-опытно понимается она только в «четвертом измерении», в метагеометрии.
XXI
От начала времен путь человечества есть путь к божественному Обществу, Царству Божьему. «Да приидет царствие Твое» — эта молитва была в сердце людей прежде, чем на устах.
От Египта и Вавилона до Рима, от Рима языческого до христианского, — всемирная монархия есть всемирная теократия. Царем может быть только Сын Божий — это уже знают и язычники. Но человек, не солгав, не может поверить сам и заставить верить других, что он — Сын Божий — Бог. Это значит, что во всемирной «теократии-монархии» — царство Божие, божественное Общество, зиждется на лжи человеческой. А где ложь, там и насилье, убийство, война. Всемирная монархия — война всемирная, — империализм.
«Все, сколько их ни приходило предо Мною, суть воры и разбойники. — Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить, Я есмь Пастырь добрый и жизнь Мою полагаю за овец. — И будет одно стадо и один Пастырь» (Иоан. X, 8 — 16). Один Царь — Христос.
«И сказал Пилат Иудеям: се, Царь ваш! Но они закричали: возьми, возьми, распни Его! Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря. — И распяли Его. — Пилат же написал и надпись на кресте: Иисус Назорей, Царь Иудейский» (Иоан. XIX, 14–21).
И доныне Царь висит на кресте, и люди говорят Ему: «Сойди с креста!»
XXII
Если вся языческая теократия — только тень без тела, то вся христианская — тень от тела Распятого. Слепые овцы в язычестве смешивали Пастыря с волком; но то же делают и в христианстве овцы зрячие. Пастырь Добрый мог бы сказать и сейчас: все, сколько их ни приходило после Меня, суть воры и разбойники.
Не исполнилось царство Божие и в христианстве, так же как в язычестве. Здесь, в христианстве, личность без пола; там, в язычестве, пол без личности. А только тогда, когда исполнится тайна Одного и тайна Двух — Личность и Пол, исполнится и тайна Трех — Общество.