История учит Египет войне и все не может научить. После воинственных Тутмесов — Аменофисы мирные, после Рамзеса II, египетского Цезаря, — Рамзес III, тот самый, который хвалится праздностью луков и мечей.
И новые полчища варваров заливают мирный край: ливийцы, ассирийцы, персы, эфиопляне, эллины, римляне — все терзают святое тело Озирисово. Но Египет до конца верен себе: знает, что лучше войны мир. «Мир лучше войны» — это самое египетское и самое мудрое из всех изречений египетской мудрости.
Вот где вторая противоположность наша Египту: мы безбожны и воинственны, он боголюбив и мирен.
XVIII
И, наконец, третья. Мы живем, движемся в бесконечных пространствах, но век наш короток. Пространство Египта ничтожно — клочок земли, как бы точка, но движущаяся по бесконечной линии времени. Мы — пожиратели пространства, Египет — пожиратель времени. Насколько время глубже, таинственнее пространства, настолько дух Египта — глубже нашего.
XIX
Египет — «дар Нила» (по Геродоту), узкая полоска необычайно плодородной земли, речного ила, стесненная двумя пустынями с востока и запада. Береговая линия Дельты, лишенная гаваней, на севере, и Нильские пороги на юге — ограждают Египет, как стенами. Эта огражденность, стесненность, суженность, сосредоточенность земли отразилась такими же свойствами на человеческом духе. Единственная в мире земля создала единственных в мире людей.
XX
Глубокая долина — солнечный угрев, уют — колыбель человечества. «Спуститься» — значит по-египетски «вернуться на родину»: спуститься в долину Нила — лечь в колыбель.