XXIII
«Тело есть гроб души, погребенной в веке сем» () — сообщает Платон учение орфиков (Cratyl., с. 400). «Наслаждение (для душ) падать — рождаться., находим отзвук того же учения у Гераклита Эфесского» (Fragm. 771).
Наслаждением плоти рождающей рождаемые души вовлекаются в плоть. Как цвет с райского древа жизни, срывает их сладкая буря зачатия, — и они падают на землю. Падение — наслаждение для них, но и преступление, «первородный грех»: падают, рождаются — умирают.
XXIV
Так пал Озирис в ковчег Сэтов, в тело-гроб, родился — умер. Но души невольно рождаются, падают, а Озирис — вольно: «он знает день, когда его не будет».
Рождение — «падение», а воскресение — «восстание», ανάστασις, по тому же учению орфиков. Озирис пал, чтобы восстать и восставить павших; умер, чтобы воскреснуть и воскресить мертвых.
XXV
Египетский гроб есть деревянная или каменная оболочка мумии, повторяющая с точностью не только облик тела, но и черты лица умершего. Тело узнается по гробу, как душа — по телу; гроб есть мера тела, а тело — мера души. Вот почему и Сэтов гроб-ковчег изготовлен по мере тела Озирисова, мере особой, единственной, личной и различающей. Это и есть «начало различения», principium individuationis — начало мира, по Шопенгауэру.
«Растерзанный» Бог — множественный мир. «Я — одно, ставшее Двумя, Четырьмя, Восемью».
Вот почему растерзывает Сэт Озириса.