Племя басков до наших дней сохранило незапамятно-древний обычай couvade, «высиживание яйца наседкою»; тотчас после родов жена уступает место мужу; он ложится в постель, и, взяв новорожденного на руки, принимает поздравления от родных и друзей. Тот же обычай сохранился у краснокожих в долине р. Миссисипи (M. Manzi. Le livre de l’Atlantide, 40).
Вспомним, что баски, судя по языку, — может быть, чудом уцелевший обломок кроманьонской, Ледниковой древности, — родственны племенам доисторической Америки; вспомним, что древнемексиканский бог Кветцалькоатль — Мужеженщина (Donelly, 144, 146), и мы увидим исполинский, от Вавилона до Юкатана в обеих гемисферах, может быть, не только на втором, но и на первом человечестве, начертанный символ божественной Двуполости.
XIII
Иерапольские галлы-скопцы носят женские «целомудренные одежды», casta vestis, длинные в сетке волосы, и занимаются женским рукодельем (Pseudo-Lucian, de Syria dea. — Graillot, 298). Это значит, оскопление — выявление скрытой в мужчине женщины, Евы небесной — в земном Адаме. В здешнем порядке, скопец беспол, — двупол в порядке нездешнем. Через смерть однополости — особи, разделенной полом надвое — к бессмертной двуполой, целостной личности, — таков путь оскопленного Аттиса, распятого Эроса.
XIV
«Брат мой, увы! Увы, сестра моя! Увы, Владыка-Владычица!» — плачут над умершим Адонисом библосские женщины и девушки (Vellay, 130). Новая сладость и нега этих слез — чудо неземной любви — в том и заключается, что умерший бог для них «брат» и «сестра», возлюбленный и возлюбленная вместе.
«Дева-Отрок, Адонис… двурогий… на Персефонином ложе зачатый», — молятся орфики (Hemn. Orph., LIII). Месяц «двурогий» — двуострый топор, а «ложе Персефоны» — ложе смерти: в смерти зачинается бессмертный — двуполый Адонис-Эрос.
XV
Иерапольские женщины, празднуя Адонисовы-Аттисовы таинства, строго соблюдают целомудрие у себя дома с мужьями, his esse diebus se castas memorant (Vellay, 130); но, в святилище Кибелы-Астарты, отдаются чужеземцам за плату не себе, а богине, и, получив ее, отдаривают гостя вылепленным из воску или выточенным из дерева изображением фалла — как бы своим собственным, мужским, «небесным», полом, скрытым — в женском, «земном». — «Я женщина, как ты», — говорит жене своей Озирис-Бата, скопец. «Я мужчина, как ты», — говорит гостю священная блудница Адониса-Аттиса.