Если «Бог есть любовь», то богопознание есть самопознание человека в любви. Богу можно сказать: «Отец», а «Мать» — нельзя. Почему? Разве любовь Матери меньше, чем любовь Отца? Разве всепрощающая любовь не у Матери? Сына и Отца мы забыли не потому ли, что забыли Мать?
«Семя жены сотрет главу Змия», — сказано первому человеку, Адаму, и услышано первым человечеством. «Семя жены» — Спаситель мира (Быт. 3, 15. — Delitzsch, Genesis, 148–150). К Сыну от Матери — путь первого человечества. «Мать», — сказало оно Богу раньше, чем «Отец».
«Матерь Моя — Дух Святой» — это «незаписанное слово» Господа, agraphon, совпадает с евангельским словом в древнейших списках ев. Луки: «Ты Сын Мой возлюбленный; Я днесь родил Тебя», или по-арамейски, на языке Иисуса, где Rucha, «Дух» женского рода: «Я днесь родила Тебя».
Если Дух есть Мать, то путь второго человечества, нашего, обратен пути первого: уже не от Матери к Сыну, а от Сына к Матери — Духу.
III
«Нет Божества, большего для знающих, нежели Мать», — говорит Алексис Турийский, Alexis Thurium, пифагорейский богослов IV в. до Р. X. (Graillot, 1.) «Ты одна — все», una quae est omnia, сказано в Капуанской надписи богине Изиде (Dussaud, Inscript. select., 4362. — Fracassini, Il misticismo greco, 168). И в древневавилонской молитве богине Иштар-Мами: «Нет Бога, кроме тебя» (Th. Friedrich, Kabiren, 91).
Всех детей твоих, Матерь,
Помилуй, спаси, защити!
…Очи возвел я к тебе,
Ухватил я край ризы твоей…