— Я здесь умру от холода и голода. Да и делать нечего, — с ума сойду от скуки.
— Мы вам все дадим, только работайте, пишите, читайте лекции.
— Я не коммунист.
— Никто от вас коммунизма не требует. Общей культурной работы в России много.
Я вспомнил «Всемирную литературу» Горького — «вшивый мешок» — и ничего не ответил.
* * *
Мне предложили произнести речь в день годовщины 14 декабря 1825 года, на торжественном празднике, в Зимнем дворце, в Белом Зале с колоннами. Я должен был прославлять мучеников русской свободы перед лицом свободоубийц. Если бы те пять повешенных воскресли, — их повесили бы снова, при Ленине, так же, как при Николае Первом.
О, петли Николая чище,
Чем пальцы серых обезьян!
Вот что я должен был сказать, а отказа говорить мне никогда не простили бы. Я это знал, и они знали.