— А ты переверни наоборот, — засмеялся Коля Белых, — в кабинет министра входит Фунтиков, а ты сидишь за столом.
— Лишь бы империалисты войну не начали, — сказал вдруг Ваня Тихонов. — Сколько разорения прошлая война принесла!
— Это еще не самое главное, — сказал Митя. — Самое главное — людей жалко. У меня отца на войне убили.
— И у меня, — сказал Коля Белых.
— И у меня, — сказал белобрысый фрезеровщик.
— Мой отец в артиллерии служил, — добавил Коля. — Вообще-то он трактористом был. Вот, глядите, фотография.
Он протянул карточку ребятам и пояснил:
— Это мы с ним в Смоленск приезжали; он в ту весну две нормы на своем тракторе вспахал — и ему грамоту в Смоленске дали.
— А это кто?
— Это мать. Она в сорок четвертом померла. Долго болела, ходил я за ней, ходил, а вот не выходил. Жили тогда в землянке, я-то крепкий был, мне хоть бы что, а она простыла, у нее легкие слабые стали…