— Она такая печальная, несчастная. Может быть, мы с тобой могли бы постараться сделать ее счастливее.
— Что ты говоришь? Моя дочь Доротея несчастна? — непонимающе переспросил сэр Роджер. — Этого не может быть, у нее нет никаких забот.
— Она сказала, что всегда жила с заботами и печалями.
— Пустяки, дитя мое, какие пустяки.
— Она сказала, — продолжала Дороти, — что по-настоящему глубоко любила только одного человека — моего папочку.
Лицо старика потемнело.
— Не будем больше спорить о тете. Лучше поговорим о тебе самой. Ты очень необычная девочка, но мне с тобой удивительно хорошо.
— Я знаю, дедуля, — кивнула Дороти.
— Я уже не представляю, как раньше жил без тебя. Если бы тебя не было, мне было бы очень тяжело. И ты очень благоразумна. Например, сегодня ты так стойко отнеслась к гибели кролика.
Дороти мягко перебила деда: