— О! — в ответ Дороти весело засмеялась, а глаза у нее так и заблестели.
— И она будет тебе давать различные уроки.
— Ну и хорошо, — согласилась Дороти. — Учите, чему хотите. Я проглочу все, все посажу к себе в голову и буду беседовать с тобой об уроках. Мамочка учила меня разным чудесным вещам, а также мой дорогой папа. Учиться я хочу, но слушаться… Нигде в библии не сказано, что нужно слушаться теток: там говорится, что нужно слушаться мать и отца, о тетках же ничего не написано. Лучше учи меня сам, дедуля. Тебя я, пожалуй, буду слушаться, самую чуточку.
— Ну, пойдем гулять, — старик старался спрятать от внучки улыбку.
Он взял маленькую ручку и провел Дороти до беседки, в которой на свежем капустном листе лежала земляника. Едва они вошли в полуразрушенный, покривившийся домик, Дороти стала усиленно принюхиваться.
— Что за чудесный запах? Не понимаю, чем это пахнет?
Старик волновался, щеки его покраснели, глаза заблестели.
— Ах, знаю, знаю! — закричала девочка, заметив лист, а в нем крупные сочные ягоды. — Дедуля, ты положил их здесь для меня?
— Гм, да. Положил-то для тебя, только вот такая непослушная девочка их не получит…
— Я буду сидеть у тебя на коленях и лакомиться, — перебила Дороти. — Знаешь, дедушка, я чуточку устала, потому что ходила очень далеко. И мне ужасно хочется пить. Посмотрим… Нужно сосчитать: одна, две, три, четыре, пять… Целых одиннадцать! Что за прелесть! Какие крупные! Дедуля, скушай вот эту.