Как раз в ту минуту, когда старик мысленно говорил себе это, к нему подскочила внучка. В руках она держала три красивые розы, три большие пушистые гвоздики и несколько былинок райграса[9].
— Дедуля, ау! — закричала она.
— Ты видишь — я здесь. Зачем же ты кричишь так громко? — спросил старик.
— Я думала, что ты глухой, — объяснила Дороти. — Ты иногда бываешь глухим, когда тебе вздумается. Ты сам это знаешь.
— Ну, сейчас я не глухой. Что ты собиралась делать с цветами? Ведь я не позволяю рвать их.
— Очень жаль, но они уже сорваны мной и ни за что не прирастут обратно к стеблям. Тетя Доротея попросила, чтобы я принесла их.
— Ну так и беги к своей тете.
— Отлично, я тотчас же вернусь. Не бойся, я быстро сбегаю. Мне нужно столько рассказать тебе, столько, что просто ужас!
— Видишь ли, Дороти, сегодня утром я буду очень занят, а ты, конечно, еще не окончила всех своих уроков…
— Нет, уж все готово! Больше учиться я не могла. Все мои мысли вылетели в окошко, как бабочки. Я сказала об этом тете, и она меня сразу наказала. Придется учить какие-то ужасные стихи. И знаешь, я думаю, ты будешь мне помогать.