— Теперь, Мэгги, поздоровайся с твоим старым другом — Люси Драммонд, — продолжала мама, — и когда Люси звонко поцеловала меня в щеку, мне показалось, будто я из мира грез спустилась на землю. Ее круглая, добродушная, пышущая здоровьем фигура являлась прямой противоположностью воздушному образу Веды.
— Ага! Вот это да! — вскричала она. — Помните, как мы с вами веселились в Фолкстоуне, бегая по морскому берегу? Я пришла в восторг, когда моя мама объявила мне, что я буду жить у вас. Здесь у вас, кажется, всем нам будет чудесно!
Потом очередь дошла до американок.
Они оказались очень миловидными девицами — с большими ясными серыми глазами, тонкими чертами лица и хорошо сложенными фигурками. Сестры были удивительно похожи друг на друга. Они держали себя очень развязно, но в них было что-то необыкновенно оригинальное, смелое и симпатичное, даже несмотря на резкость их обращения.
— Я очень рада познакомиться с вами, мисс Гильярд, — обратилась ко мне старшая из сестер, Джулия. — Я узнала от вашей мамы, что мы с вами почти одних лет; мне скоро минет пятнадцать, а Адель четырнадцать лет. У нас в Америке в эти годы девицы считаются почти взрослыми. А теперь, мисс Маргарет, мы представились друг другу, и я буду вам очень благодарна, если вы будете столь любезны и укажете нам дорогу в нашу комнату.
— Да, пожалуйста, — прибавила ее сестра, — мы очень устали с дороги.
— И покрыты пылью с головы до ног, — добавила Джулия. — Нам надо бы хорошенько умыться и привести себя в порядок.
— Мэгги, — обратилась ко мне мама, — проводи Джулию и Адель наверх, в их комнату. А Веда и Люси пройдут наверх со мной.
Я отвела юных американок в их просторную комнату, где все уже было приготовлено к приему гостей.
Сообщив им довольно холодным тоном, в котором часу будет подан чай, я с минуту молча простояла у дверей их комнаты.